?

Log in

“Хороший мазохизм укрепляет отношения”


Какие этапы развития проходит пара? В какое время конфликты неизбежны в совместной жизни? Что меняет появление ребенка? Как устроены семьи в эпоху индивидуализма? Мнение психоаналитика Эрика Смаджа.

Французский психоаналитик Эрик Смаджа приезжает в Москву, чтобы представить русское издание своей книги о современных парах и провести двухдневный семинар в рамках магистерской программы по психоаналитической психотерапии в НИУ ВШЭ.
Журнал Psychologies спросил его, что он думает о любовном союзе сегодня.

Psychologies: Влияет ли современная культура индивидуализма на идею того, какую пару мы хотели бы построить?

Эрик Смаджа: Наше общество характеризуется постоянно растущим индивидуализмом. Современные пары нестабильны, хрупки, многообразны и требовательны к отношениям. Такова моя концепция современной пары. Эти четыре свойства выражают влияние индивидуализма на создание пары. Сегодня один из основных конфликтов в любой паре состоит в противопоставлении нарциссических интересов и интересов партнера и пары в целом.
И здесь мы сталкиваемся с парадоксом: в современном обществе царит индивидуализм, а жизнь в паре заставляет отказаться от некоторых своих индивидуальных потребностей, чтобы разделить семейную жизнь и сделать ее своим приоритетом. Наше общество парадоксально, оно навязывает нам парадоксальные установки. С одной стороны, оно поощряет растущий индивидуализм, но, с другой, навязывает всем своим членам универсальные, гомогенные формы поведения: мы все должны потреблять одно и то же, вести себя одинаково, думать сходным образом…

Казалось бы, у нас есть свобода мысли, но если мы думаем не так, как другие, на нас косо смотрят, а иногда воспринимают как маргиналов. Когда вы приходите в любой крупный торговый центр, вы видите там одни и те же бренды. Будь вы русской, аргентинкой, американкой или француженкой, вы покупаете одно и то же.



Что в жизни вдвоем сложнее всего?

Не бывает самого сложного, есть несколько трудностей, которые будут всегда. Жить «с собой» уже достаточно сложно, жить с другим человеком еще сложнее, даже если вас связывает большая любовь. Когда мы имеем дело с другим человеком, нам трудно, потому что он другой. Мы имеем дело с инаковостью, а не с нашей нарциссической копией.

Любая пара сталкивается с конфликтами. Первый конфликт – между идентичностью и инаковостью, между «я» и «другой». Даже если умом мы осознаем наши различия, на психическом уровне нам трудно принять, что другой от нас отличается. Тут вступает в игру вся сила нашего нарциссизма, всемогущего и настроенного диктаторски. Второй конфликт проявляется в поисках баланса между нарциссическими интересами и интересами объекта, между моими собственными интересами и интересами другого.
____________________________

Пара проходит через периоды кризисов. Это неизбежно, ведь пара – это живой организм, который эволюционирует
____________________________

Третий конфликт: соотношение мужского и женского в каждом из партнеров, начиная с секса и заканчивая гендерными ролями в семье и в обществе. Наконец, четвертый конфликт – соотношение любви и ненависти, Эроса и Танатоса, которые всегда присутствуют в наших отношениях.

Еще один источник непонимания – перенос. Каждый из партнеров для другого – фигура переноса по отношению к братьям, сестрам, матери, отцу. Поэтому мы в отношениях с партнером заново проигрываем разнообразные сценарии из наших фантазий или из детства. Иногда партнер будет замещать для нас фигуру отца, иногда брата. Эти фигуры переноса, воплощаемые партнером, становятся осложнений в отношениях.
Наконец, как и каждый человек, пара проходит в своем жизненном цикле через периоды кризисов. Это неизбежно, потому что пара – это живой организм, который эволюционирует, меняется, проходит через собственное детство и собственную зрелость.

Когда в паре случаются кризисы?

Первый травматичный момент – встреча. Даже если мы ищем этой встречи и хотим создать пару, это все равно травма. Уже для одного человека это критическийсостояния парыиод, а затем он становится таким и для пары, ведь это момент рождения пары. Затем мы начинаем жить вместе, утраиваем общую жизнь, привыкаем друг другу. Этот период может закончиться свадьбой или другим способом оформления отношений.

Третий критический период – желание или нежелание иметь ребенка, а затем и рождение ребенка, переход от двух к трем. Это действительно огромная травма и для каждого из родителей, и для пары. Даже если вы хотели ребенка, он все равно чужак, вторгшийся в вашу жизнь, в защитный кокон вашей пары. Некоторым парам так хорошо вместе, что они боятся появления ребенка и не хотят его. Вообще эта история о вторжении очень интересна тем, что ребенок – это всегда посторонний. Вплоть до того, что в традиционных обществах его вообще не рассматривают как человека, он должен быть «очеловечен» посредством ритуалов, чтобы стать частью сообщества, чтобы его приняли.
____________________________

Рождение ребенка служит источником психической травмы для каждого из партнеров и для психического состояния пары
____________________________

Все это я говорю к тому, что рождение ребенка служит источником психической травмы для каждого из партнеров и для психического состояния пары. Следующие два кризиса – это сначала подростковый возраст ребенка, а затем уход детей из родительского дома, синдром опустевшего гнезда, и старение партнеров, выход на пенсию, когда они оказываются наедине друг с другом, без детей и без работы, становятся бабушкой и дедушкой…

Семейная жизнь проходит критические фазы, которые нас меняют и в которых мы взрослеем, становимся мудрее. Каждый из партнеров должен учиться переносить сложности, страхи, неудовлетворенность, конфликты. Нужно задействовать креативность каждого на благо пары. Во время конфликта необходимо, чтобы каждый из партнеров умел задействовать свой «хороший мазохизм».

В чем состоит хороший мазохизм? В том, чтобы использовать наше умение выносить фрустрацию, терпеть трудности, откладывать удовольствие, ждать. В моменты острых конфликтов, чтобы не расстаться и пережить это испытание, нам нужно умение терпеть, и в этом состоит хороший мазохизм.


Как чувствует себя пара, которая не хочет или не может завести ребенка? Легче ли это воспринимается сейчас, чем раньше?

В отличие от традиционного общества, современные пары придерживаются различных форм супружеской, сексуальной жизни. За современной семьей признается право не иметь ребенка. Общество принимает семьи без детей, а также одиноких женщин с ребенком и мужчин с детьми. В этом, пожалуй, заключается одно из огромных изменений в обществе: если у нас нет детей, это не значит, что на нас будут показывать пальцем, что мы хуже других, что мы пара второго сорта. Тем не менее в коллективном бессознательном и в бессознательном отдельных людей бездетная пара воспринимается как нечто странное.

Но опять-таки, все зависит от того, о каком обществе мы говорим. Все зависит от образа мужчины и женщины как представителей этого общества. Например, в обществе Северной Африки, если у женщины нет ребенка, она не может считаться женщиной, если у мужчины нет детей, он не мужчина. Но даже в западном обществе, если у вас нет детей, окружающие начинают рассуждать об этом: как жаль, что у них нет ребенка, а почему так, это слишком эгоистично, наверняка у них какие-то физиологические проблемы.

Из-за чего пары все же распадаются?

Главные причины расставаний – сексуальная неудовлетворенность и недостаток общения в паре. Если сексуальная жизнь, которую мы сегодня считаем большой ценностью, страдает, это может спровоцироваbть расставание партнеров. Или если нам не хватает секса в паре, мы начинаем искать сексуальное удовлетворение на стороне. Когда пара больше не может найти выхода, они принимают решение расстаться.

____________________________
Избыточная идентификация с другим создает опасность для моего нарциссизма и для моей самоидентификации
____________________________

Другой фактор – когда один из супругов больше не может выносить совместную жизнь, рвется на свободу. Если один из партнеров уделяет много внимания и энергии семье, а другой сосредоточен на личном развитии, то совместная жизнь теряет смысл. Некоторые хрупкие личности с нарциссическими склонностями приходят к выводу, что «я не могу больше жить в паре, не потому что я больше не люблю, а потому что это разрушительно влияет на мою личность». Иными словами, избыточная идентификация с другим создает опасность для моего нарциссизма и для моей самоидентификации.

Насколько сегодня приемлемы связи на стороне?

В современной паре у каждого партнера должно быть достаточно свободы. Индивидуальные, нарциссические интересы приобрели большое значение. Ограничений стало меньше. Но на психологическом уровне в паре заключается некая договоренность, нарциссический контракт. «Я тебя выбрал(а), мы друг друга выбрали, движимые желанием эксклюзивности и вечности наших отношений». Иными словами, обещаю, что ты мой единственный, уникальный партнер, и я буду с тобой всегда. Эту идею разделяет и христианская концепция брака. Такое представление может быть у нас в голове, но не всегда все происходит именно так.

___________________________

Мы создаем пары, допуская, что другой человек нас соблазнит, что у нас будут любовные истории с другими.
____________________________

Фрейд говорил, что либидо каждого из партнеров изменчиво, оно бродит от одного объекта к другому. Поэтому изначальную договоренность сложно выполнять на протяжении совместной жизни, она вступает в противоречие с изменчивостью либидо. Так что сегодня, с ростом индивидуализма и свободы, мы создаем пары, допуская, что другой человек нас соблазнит, что у нас будут любовные истории с другими. Все зависит от того, как будет меняться каждый из партнеров внутри пары, каким будет его психическое развитие, а этого мы не можем знать заранее.

Кроме того, это зависит от эволюции самой пары. Какая брачная культура в ней возникла? Можем ли мы в выбранной семейной культуре, при определенном партнере иметь другие посторонние связи? Может быть, в ней могут быть истории на стороне, которые не причиняют боли партнеру и не ставят под угрозу существование пары.


Материал взят из майского номера журнала Psychologies. Читать статью на сайте журнала

Друзья! Сегодня в продажу поступила книга «Пары. Мультидисциплинарный подход» Эрика Смаджи. Вы уже можете купить её в нашем интернет-магазине или торговом зале.

Книга издана в формате чуть меньше А5 (130ммх201ммх10мм). Всего в ней 198 страниц.
Ниже Вы найдёте выдержки из книги, а также оглавление. Чтобы перейти к покупке нажмите на картинку или на ссылку внизу этого поста.



Итак, выдержки из книги:

В этой книге мы ставим два вопроса: что такое человеческая пара? о чем нам может поведать ее история? Многие писатели, поэты, философы, эссеисты, ученые и самые разные специалисты изучали это сложное, разнородное явление – разнополую человеческую пару (хотя есть наблюдения, касающиеся и однополых пар). Подобные исследования, как правило, фокусируются только на одном или двух – трех аспектах: любви со всеми ее особенностями и превратностями; особенностях мужчины и женщины, их психическом состоянии и переживаниях; сексуальной жизни, нормах и отклонениях и т.д..

Все это многообразие исследований, безусловно, обогащает наше представление о том, что такое человеческая пара, однако содержащиеся в этих работах сведения узкоспециальны, в то время как требуется целостный, комплексный взгляд. Сегодня мы все чаще без явных на то причин говорим о «кризисе супружеской пары» точно так же, как о «кризисе западного общества» в целом (заметим, что эти два «кризиса» напрямую связаны друг с другом). В действительности, однако, наши нынешние знания при всем их объеме и многообразии оказываются дробными и неполными. Между тем мы рассматриваем пару как живое человеческое бытие, которое, как и всякое человеческое бытие, сложно и многогранно – оно находится на пересечении нескольких плоскостей, на перепутье разных историй.
Необходимо уточнить, что говорить мы будем в основном о гетеросексуальных парах, хотя некоторые социологические данные о современных гомосексуальных парах также будут приведены. Мы затронем телесно-сексуальные, психические и социокультурные аспекты, преломляющиеся во времени, – в них мы попытаемся уловить таинство бытия супружеской пары во всей его целостности и полноте. Для этого нами были проанализированы разнообразные мульти- и междисциплинарные исследования, проведенные в рамках исторического, антропологического, социологического и психоаналитического подходов, которые, как мы надеемся, сделают нашу работу ценной с эвристической точки зрения. В рамках каждого направления мы рассмотрим взгляды разных авторов.

Таким образом, наша книга представляет собой своего рода повествовательный коллаж из специализированных дискурсов. Мы поставили перед собой задачу найти и определить области их пересечения, расхождения и взаимодополнения, а затем набросать целостную, структурированную, но при этом неоднородную картину.

Содержание

Введение.

Глава 1

Пара в историческом и социокультурном аспекте.
Лингвистический анализ понятий «брак» и «пара».
Общие антропологические данные.
История брака и супружеской пары на Западе.

Глава 2

Появление специфического психоаналитического объекта.
Начиная с работ Фрейда.
Понятие объектных отношений у других авторов.
Мелани Кляйн.
Посткляйнианцы: Винникотт и Бион.
Генри Дикс и Юрг Вилли.
Жан-Жорж Лемэр.
Групповой психоанализ.
Несколько современных французских концепций.
Сексуальное, сексуальность и «эротические узы».

Глава 3

Фундаментальные составляющие психологии пары.
Нарциссизм и различные подходы к нему.
Амбивалентность влечений и аффектов.
Догенитальные аспекты.
Основные конфликты.
Психическая бисексуальность.
Зависть и ревность.
Эдипов и братский комплексы.
Фантазматическая жизнь.
Проекции и идентификации.
Симбиотические и фузионные аспекты.
Перенос в паре.
Объектные отношения.

Глава 4

Набросок естественной истории пары.
Знакомство, выбор партнера и способы психической организации разных видов пар.
Медовый месяц и кризис в отношениях: психоаналитический подход .
Совместная жизнь, или создание супружеской культуры и идентичности.
Пара и желание иметь ребенка.
От пары к семье: рождение ребенка.
Бездетные пары, «сознательный выбор» или бесплодие.
Совместное старение.

Глава 5

Понятие «работа пары».
Необходимость введения понятия «работа пары».
Что такое «работа пары».
Размышления о конечных целях, антагонизмах и их влиянии на партнеров.
Неудачи работы пары.
Норма и патология супружеской жизни.
Некоторые функции работы пары.

Глава 6

Психоаналитическая работа с парами.
Работа с Мартиной и Луи.
Вместо заключения.

Купить книгу Э. Смаджи "Пары: Междисциплинарный подход".

Нашим подписчикам по промокоду "Cogito" скидка - 10%!

В апреле в Москве состоится международная практическая конференция «Психология: вызовы современности». Это пространство профессионального и личностного развития, которое за 4 дня соберет в своих залах от 25 мастеров всех классических направлений психологии, коучинга и практик развития и около 1000 участников очно и онлайн.



В рамках конференции будет затронута тема современных вызовов, с которыми сталкивается психология – от обычной жизни с её целями и задачами, желанием жить долго и счастливо, до проблемных зон в виде состояния постоянной неопределенности, поколений-NET, зависимостей, ограничений, депрессий и кризисов.
Среди спикеров конференции – Михай Чиксентмихайи, Дмитрий Леонтьев, Анна Варга, Станислав Раевский, Виктор Макаров, Анна Скавитина, Нина Асанова, Александр Полеев, Татьяна Дубинина и многие другие.

Участие в конференции — это не только обучение новым инструментам и подходам, обмен знаниями и опытом, но и также возможность решить свои личные вопросы и разобраться с важными вызовами своей жизни. Мероприятие будет интересно психологам, педагогам, коучам, тренерам, HR-специалистам, любителям психологии и всем тем, кто ищет возможности для лучшей жизни.

На конференции будет минимум лекций и максимум практических мастер-классов и семинаров, на которых мастера поработают с клиентскими запросами из зала. Также организаторы представят нестандартные психологические формы: спектакль, психоаналитический киноклуб и интерактивные формы в перерывах.
Предусмотрено несколько форматов участия: очно и онлайн, 1 день и все дни конференции, стандартные и VIP-пакеты. Действуют специальные условия для групп, студентов и пенсионеров.

По итогам конференции участники получат электронный сертификат (20 часов) от организаторов мероприятия – компания «Ивент Лига», Международная ассоциация практикующих психологов «Просто Вместе», журнал «Psychologies» и Московский институт психоанализа (МИП).

Регистрация и подробная информация по ссылке www.psy-conf.ru, а также по телефону 8495-968-8488 и почте mail@event-liga.ru.

Говорят, пользователи соц. сетей обо всём узнают первыми. Дорогая редакция не знает правда это или нет. Но Вы уже можете заказать "Комплекс Лилит. Темная сторона материнства" со скидкой -20%.

Х. Маац. Комплекс Лилит. Тёмная сторона материнства

Книга выйдет в свет 31 марта. 1 апреля она появится в торговом зале. В акции по случаю 8 марта данная книга не участвует. Нажмите на баннер, чтобы подробнее ознакомиться с условиями акции.


Каждая третья книга бесплатно!

Акция 8 марта, Психолоическая книга

Спешите! Срок действия акции ограничен, а подарки очень приятны, ведь Вы сами наполняете свою корзину ;-)

Друзья, у нас отличные новости!

► Во-первых, мы делимся с Вами главой из книги “Комплекс Лилит”.

► Во-вторых, предпродажа книги начнётся буквально в конце следующей недели.

Обязательно будем держать Вас в курсе (на сайте http://cogito-shop.com/ и в социальных сетях)
Первая часть: http://su0.ru/Bj4e (Facebook)
Предыдущая часть: http://su0.ru/Lhpu (Facebook)


1.2. Содержание комплекса Лилит


Уже несколько тысячелетий женский образ разделен на образ Евы и образ Лилит, причем образ Евы (Марии) патриархат канонизирует, а образ Лилит связывает с демоном и накладывает на него запрет. Так, Ева олицетворяет собой женскую покорность, сексуальную пассивность, моногамию, самоотверженное материнство. Она ассоциируется с кухней, церковью и детской комнатой. В Лилит, напротив, воплощена равноценность и равноправие женщины, ее сексуальная активность и способность к наслаждению, она символизирует отказ от материнства.

В Еве и Лилит мы узнаем две стороны женской сущности, которые чаще всего разделены и враждебно противостоят друг другу, они персонифицируют два противоположных женских типа – святой и проститутки.
Ева – это покорная, целомудренная, верная, подчиняющаяся мужчине женщина, женщина-мать. Лилит же – чувственная, обольстительная, страстная, самостоятельная. Мужчины обычно хотят видеть в женщине оба этих аспекта, но одновременно боятся их. Они заглушают скуку и безрадостность существования в браке с «Евой» времяпрепровождением с проститутками и любовницами. А в попытке победить страх перед женской силой, страстью и независимостью пытаются бороться с аспектами Лилит в каждой женщине и морально подавляют их.

К комплексу Лилит я причисляю три женских аспекта, которые, как правило, подавляются, отвергаются, отделяются, игнорируются, преследуются или находятся под запретом:
1) равноценная женщина, которая не подчиняется и не привязывается к мужчине, а является равной, имея одинаковое с ним происхождение и равные права;
2) сексуально активная женщина с собственной способностью к удовольствию и силой соблазнения; она не ждет, чтобы ее выбирали или «брали», она активно выступает за свои сексуальные потребности, заботится о своем удовольствии и может быть активной в любовной игре;
3) враждебная по отношению к детям женщина, отказывающаяся от материнства, чтобы быть независимой и свободной от обязательств.

Результатом комплекса Лилит является нежелание признавать право женщин на силу, удовольствие и свободу. От них ожидается покорность, целомудрие и забота. Этот комплекс прочно закрепился в культуре и начинает проявляться в отношениях ребенка с матерью в раннем детстве и невольно передается ребенку, если враждебный по отношению к детям аспект эмоционально не перерабатывается и не контролируется сознанием. Живой и имеющий потребности младенец неизбежно провоцирует неуверенность матери, и если эту проблему не решать, то виновником ее станет требовательный ребенок. Мы должны исходить из того, что не осознаваемые и не принимаемые во внимание слабости материнства (раздражение и неуверенность) бессознательно и необдуманно передаются ребенку, который, не понимая, что причиной проблемы является мать, в итоге чувствует себя надоедливым и обременительным. Слабые стороны материнства трансформируются в нарциссическую травму ребенка, если он начинает думать, что виновен в состоянии матери. Психосоциальные последствия комплекса Лилит являются губительными. Его общие симптомы у мужчин и у женщин выражаются в различных проблемах идентичности со всеми вытекающими отсюда страхами и неуверенностью в партнерских отношениях.

Так, из юноши снова получается Адам, который для того чтобы быть сильным и могущественным, терпит только подчиняющуюся Еву, а девушка становится Евой, которая отрекается от самоценности только для того, чтобы ее терпели в отношениях. Став родителями, «Адам» и «Ева» препятствуют проявлению эмоциональной экспансивности и радостной активности своих детей и видят в них лишь объект для воспитания. Ребенок должен быть приучен к порядку, дисциплине и, прежде всего, к контролю над своими эмоциями и повиновению. Таким образом подавляется и сексуальное удовольствие, чтобы позже в сексе женщина была лишь только пассивной страдалицей, а мужчина превратился в бесчувственного пользователя.

Тоска по матери приводит к поиску ее замены в партнерских отношениях, но результат никогда не сможет быть удовлетворительным. В силу обстоятельств, в частности господства патриархата, женщина занимает позицию подчиняющейся и зависимой и, мучая мужчину своими нереализованными ранними стремлениями и желаниями и терроризируя его своими разочарованиями и ненавистью, в конце концов разрушает отношения. Подавляя в себе Лилит, она становится недовольной, придирчивой и полной упреков. Мужчина же в комплексе Лилит остается нечестным и неуверенным в своей мужественности. Посредством денег, силы и претензии на авторитет он пытается скрыть свою проблему идентичности. Он важничает и старается создать такие отношения с мужчинами и женщинами, в которых он мог бы доминировать и контролировать. Нежность и основанное на доверии увлечение он считает для себя опасными, поэтому избегает их. В основе его отношения к женщинам часто лежит сексуальный интерес, в результате чего тоска по равноправной партнерше сходит на нет вследствие ее исключительно сексуального использования. Другая сторона этой скрытой проблемы выражается в импотенции. Не возбуждаясь, своим вялым пенисом мужчина «наказывает» женщину за то, что та живет как Ева.

Как правило, он и она пытаются соревноваться друг с другом в обретении давно потерянного счастья. Каждый раз на стадии влюбленности им кажется, что новый партнер может и хочет осуществить все их стремления, и это длится до тех пор, пока оба не исчерпают себя в борьбе за внимание, признание и возможность быть принятым. Тогда их возникшая еще в раннем детстве и сохранившаяся в настоящем ярость от разочарования, которую они, собственно говоря, хотели бы направить против прежних, то есть внутренних родителей, выплескивается друг на друга, тем самым до основания разрушая любую нежную близость и понимающее единение.

Страдания от ежедневных маленьких войн и вечно повторяющихся разочарований и обид, которые сопровождают брак, нужны для обоснования конфликта и для того, чтобы неосознаваемую и невысказанную горечь раннего детства не нужно было снова воспринимать как угрозу для жизни. Нестерпимая боль детства трансформируется в затяжную болезненную драму настоящего.

Ни один мужчина не может стать мужчиной с «Евой». И ни у одной женщины нет шанса стать женщиной с «Адамом». «Адам» и «Ева» создают из своего комплекса Лилит несносную совместную жизнь, отравляют ее возрастающим разочарованием друг в друге и таким образом усиливают вполне предотвратимое страдание своих детей. В результате этого «Адам» становится воином, а «Ева» ведьмой.

Сын может отделиться от матери и завоевать женщину как равную партнершу для жизни и секса только в том случае, если его тоска по матери утолена или он научился снова и снова оплакивать свой дефицит матери. Дочь только тогда больше не захочет видеть в своем партнере защищающую и оберегающую замену матери, когда сможет оплакать свой дефицит матери, разглядеть свою бессознательную идентификацию с ней и в результате болезненного перерезания пуповины научится ее преодолевать. К сожалению, реальность детства нельзя исправить, и испытываемый в то время дефицит не может быть восполнен постфактум, что так старается внушить и «продать» гедонистическая культура. Только боль «заземляет» несчастье и беду, к тому же не навсегда, а лишь в моменты, когда она прорывается, разбуженная воспоминаниями, вызванными внешними или внутренними причинами.

Комплекс Лилит – это также одна из движущих сил женского движения за эмансипацию. В первую очередь, это движение против несправедливого доминирования мужчин, которые ради своего положения могут опираться на истину в высшей инстанции – Библию. Но, как мы видим, это толкование неверно, потому что оно как раз скрывает существование Лилит и незрелость Адама.

В такой важной борьбе за женские права мужчину порой представляют противником, хотя он также страдает от дефицита матери. Женская сексуальность в ее мастурбирующем и лесбийском варианте охотно идеализируется, а проблемы материнства часто остаются в тени.

В борьбе женщин за право на профессиональную деятельность и равноценную социальную карьеру материнство охотно отрицается и обесценивается, детские ясли с преждевременным расставанием ребенка с матерью считаются не только возможными, но и необходимыми. Таким образом, дефицит матери, который во многом объясняет комплекс Лилит, неизбежно передается следующему поколению.

Враждебность по отношению к детям является важнейшей частью этого комплекса, который, на мой взгляд, разрушает культуру и является основным источником насилия и войн. Срабатывает архетип ужасной всепожирающей матери, которая похищает и убивает новорожденных, пьет их кровь и высасывает мозг из их костей. Поэтому и в наши дни, например ортодоксальным еврейским роженицам надевают амулеты. В мифологии многих народов есть похищающие детей и пьющие у них кровь существа, которые также предстают в образе обольстительных женщин, указывая тем самым на универсальный архетипический мотив.

Пациенты с трудностями в идентичности, нарушениями самооценки и состояниями страха, то есть с симптомами ранней структурной патологии личности, в рамках глубинно-психологического анализа сообщают об очень страшном опыте отвержения своими матерями. Зачастую они пережили раннее отделение от матери и были жертвами нарциссического злоупотребления своих матерей. Возникают душераздирающие, мучительно-болезненные воспоминания, в которых мама была «требующей» и «высасывающей все соки», а пациент, будучи ребенком, находился в распоряжении матери для удовлетворения ее потребностей. Эти воспоминания часто вызывают ярость и отвращение.

Враждебность матери по отношению к детям сама по себе не является угрожающей и обременяющей проблемой, это скорее вытеснение проблемы и отрицание комплекса Лилит. Миф о Лилит показывает нам всего лишь нормальную и неизбежную сторону женственности: оправданное непринятие материнства, потому что материнство существенно ограничивает свободу, профессиональную и социальную равноценность, а также достаточно часто на некоторое время – сексуальный интерес и способность получать удовольствие. Большинство женщин отвергают эти факты преувеличенным чувством материнства или участием в эмансипации с ее идеологической борьбой за права женщин, в которой мало место для детей.

Согласно огромному терапевтическому опыту, мы должны исходить из того, что ребенок чувствует отношение матери задолго до того, как может его осмыслить и изложить с помощью человеческого языка. В результате современных исследований грудных детей стало известно, что между матерью и ребенком с самого начала осуществляется взаимная коммуникация, младенец является не только пассивным получателем хорошей или плохой материнской заботы, но и сам активно участвует в отношениях. Для этого он имеет множество рефлексов и врожденных коммуникативных способностей, которые помогают устанавливать контакт и регулировать отношения (подробно об этом см.: Dornes, 1993, 1997). Таким образом, каждая мать неизбежно вспоминает свой собственный детский опыт, и ребенок общается с «внутренним ребенком» своей матери. Д. Штерн (Stern, 1995) говорит о специфической «конъюнктуре материнства», в которую каждая женщина попадает после рождения своего ребенка, куда бессознательно поступает опыт взаимодействия с собственной матерью, опыт дочери и сознательное понимание происходящего ставшей матерью женщины с осознанным и желаемым отношением к своему ребенку. Эта важная способность матери к эмпатическому чувствованию своего ребенка в основном определяется опытом собственного раннего получения материнской заботы.

То, как родная мать понимала и реагировала, как она принимала и ограничивала, как она проживала свою любовь и передавала свои затруднения, безусловно, накладывает стойкий отпечаток на собственное материнство. Состояние матери, ее страхи и сомнения, неуверенность и амбивалентность, ее отказы и разочарования, а также ее любовь и понимающая эмпатия передаются, прежде всего, на физическом уровне, причем качество взглядов и прикосновений, манера держать и носить ребенка, а также мимика, жесты и голос оказывают основное воздействие. Не зря «блеску в глазах матери», ее по большей части положительному отношению к существованию ребенка и доброжелательному признанию детских потребностей приписывается создающее самооценку действие.
На многих сеансах терапии мне приходилось быть свидетелем отчаянной растерянности людей и их глубочайшей паники, когда они осознавали, что никогда не видели нежных взглядов своей матери, а бывало, что и вовсе никогда не встречались с ней глазами. Бессознательное отношение матери к своему ребенку, в том числе ее непереработанный и неосознаваемый ранний опыт, воздействует на ребенка ощутимо сильнее, чем ее сознательное, желаемое, а также приобретенное посредством изучения литературы и консультаций чувство материнства. Так, активный и естественный в поведении и реагировании ребенок подвергается угрозе материнского отвержения, поскольку ставит под сомнение компенсацию ее собственного раннего травматического опыта. Молодая мать, отрицающая у себя наличие элемента комплекса Лилит, отвергает и боится ребенка в силу того, что ее независимость и сексуальность долгое время будут ущемлены, передает ребенку свое неприятие вследствие нечестности, завышенных требований или раздражения и своей собственной нарциссической травмой снова порождает «раннее нарушение».

Фрейду пришлось придумать эдипов комплекс, чтобы сексуализировать широко распространенную фиксацию сына на матери и чтобы ранняя психосоциальная трагедия смогла получить, к сожалению, неправильное объяснение, основанное на теории инстинкта. То, что ортодоксальный психоанализ Фрейда злоупотребляет мифом об Эдипе и преобразовывает чудовищную вину родителей, которые хотели убить своего ребенка, в мнимую психологию сексуального развития, привело к тому, что психотерапия стала способствовать отрицанию комплекса Лилит.
Мой опыт психотерапевта убеждает меня, что развитие эдиповых невротических конфликтов связано с защитой от угрожающих аспектов психики, вызванных ранним отвержением и обесцениванием. Все терапии, которые долго и интенсивно занимаются выявлением бесконечных человеческих осложнений и находящихся на первом плане невротических кризисов и обид, создают риск «культивации» последствий бед раннего детства, чтобы скрыть принципиальную причину неуверенности в жизни. Я согласен, во многих случаях паника раннего возраста так и не может быть обнаружена, так как психотерапевтической сессии или удерживающей силы психотерапевта и социальной среды недостаточно для того, чтобы осознать и эмоционально проработать невообразимые ужасы раннего этапа развития. Во всяком случае кушетка, как правило, не место, где с доброжелательным терапевтом могут быть обнаружены и проработаны убийственная ярость, глубочайшая ненависть, острая боль, гнетущее отвращение. Ранние аффекты и стремления являются настолько сильными, что необходимо создавать другие условия для терапии, что мы и пытаемся реализовать в аналитической телесной терапии с группой «материнского тела» в постоянном защищенном месте. Клинический опыт, который мы можем получить на этой сессии, указывает на то, что дети с ранним дефицитом матери, то есть с нарциссической травмой, все еще пытаются получить любовь матери всеми возможными способами, так как недостаток любви угрожает их выживанию.

У мальчика сексуализация отношений часто является попыткой «обладать» матерью, у девочки же – хоть что-то получить от отца в качестве компенсации. Пробуждающийся интерес к гениталиям, увеличивающаяся осведомленность о половой жизни родителей вместе с фантазиями дают надежду найти в сексуальности тайну любви и возможность ее высвобождения. Мы не можем согласиться, что так называемая «эдипальность» является нормальной фазой психологического развития, в которой сын страстно жаждет мать и хочет избавиться от отца. В любом случае в основе таких желаний лежат «ранние нарушения». Тогда в эдиповом комплексе должен компенсироваться дефицит матери в раннем возрасте, что, конечно же, недостижимо, но гарантируется сильная фиксация на матери и замещающие конфликты, которые, правда, могут давать некоторое душевное равновесие. Миф об Эдипе описывает последствия родительской вины: если они не хотят принимать своего ребенка, отец и сын втягиваются в смертельный, провоцируемый отцом конфликт – символ воинственной власти между мужчинами, а мать и сын вступают в непозволительный брак – что может знать только мать – символ несчастливых и разрушительных партнерских отношений. И то и другое является следствием ненависти и трудностей идентичности, вытекающих из трагедии раннего детства (см. также: Maaz, 1998).

А вот комплекс Лилит символизирует, прежде всего, мужскую и женскую незрелость, которая является следствием ранней неудовлетворенной потребности в матери. «Адам» и «Ева» передают свою родительскую незрелость детям, поскольку в большей степени ожидают от них удовлетворения своих собственных потребностей, не умея воспринимать и по возможности удовлетворять желания своих детей. Комплекс Лилит делает женщин лживыми матерями, которые разыгрывают перед детьми больше любви, чем могут дать на самом деле. Так и не познав в свое время, что такое безусловная материнская любовь, за свои напряженные старания они бессознательно хотят быть вознаграждены хотя бы своими детьми, любовь которых они эксплуатируют, что ведет к «отравлению материнством».

Мужчины в комплексе Лилит остаются привязанными к матери, инфантильными юношами и впоследствии становятся фрустрированными, избегающими своих детей отцами, потому что с ревностью и обидой реагируют на отношение своих жен к детям, даже если чувство материнства воспринимается ими только как неудовлетворительное и натянутое. Таким образом, мужчины оказываются несостоятельными в функции отца и становятся дополнительной обузой для своих и без того уже чрезмерно нагруженных жен.

Женщина, отрицающая Лилит и живущая как Ева, своим бессознательным отречением и своей урезанной однобокой женственностью обязательно причинит вред своему ребенку. Это объясняет высокую частотность нарциссических личностных расстройств у многих людей, так что мы имеем основание для объяснения растущей опасности нарциссической патологии общества, которая набирает обороты. Того общества, которое вынуждено создавать все больше вторичных нарциссических источников удовлетворения и таким образом способствует деструктивному характеру мании индивидуального и массово-психологического уровня.

Мужчина, который отрицает Лилит и живет как Адам, неизбежно видит в своем ребенке соперника за благосклонность матери. Поэтому он будет запугивать ребенка и злоупотреблять им. Его ярость от разочарования направляется в адрес партнерши, он бежит к проституткам, в алкоголь, работу или борьбу за власть.

Женщина, которая интегрировала в себя Лилит, желала бы для себя мужчину-партнера, который, будучи другим, но равным ей, дополнил бы ее. Которому она не могла бы и не хотела бы подчиняться, борьба за соперничество с которым не изнурила бы ее. Она становится матерью, осознавая связанные с этим ограничения и добровольное стеснение, что позволяет ей открыто принимать ребенка, чувствовать боль от неизбежного дефицита и учиться эту боль выражать. Такая женщина отважится признать, прежде всего перед ребенком, что она может испытывать по отношению к своим детям также отвержение, страх и ненависть, но это – в первую очередь ее проблема, и что она относится с пониманием к тому, что ребенок реагирует на это возмущением и беспокойством.

Признанная правда никогда не будет иметь разрушительных последствий, ложная же любовь и скрываемая позиция наверняка станут причиной конфликтов, болезней и насилия. Честная мать с самого начала также положительно отнесется к отделению и самостоятельности своего ребенка.

Мужчина, который интегрировал в себя Лилит, не захочет видеть в своей женщине «мать»: равная партнерша станет ему обогащением, дополнением, вызовом, с ней его жизнь будет активной, творческой, основанной на разделении труда. Это мужчина, отделившийся от матери, действия которого являются открытыми, и ему не нужно добиваться чего-либо, спорить и доказывать свою точку зрения. Он в состоянии не только выдерживать свое одиночество, но и наслаждаться своей уникальностью и особенностями. Ребенок для него не является соперником, воспитание для такого мужчины – естественная задача, и этот процесс позволяет ему становиться учителем, мастером и образцом для подражания. В отличиях поколений он видит проявление активного процесса развития.

Особая трагичность в отношениях между матерью и ребенком заключается в том, что материнская любовь становится отравой. Мать и ребенок больше не в состоянии понимать друг друга. Мать убеждена, что ее действия обусловлены любовью, а для ребенка эта любовь становится ядом, так как его потребности отличаются от тех, какие она хочет удовлетворить. Оба чувствуют себя непонятыми и делают друг друга несчастными, не зная и не понимая, почему они не в состоянии это изменить. Оба чувствуют себя правыми и оба поступают неправильно. Предупредить эту трагедию поможет только широкое просвещение и избавление от комплекса Лилит.
Ламашту- и Иштар-аспекты Лилит. Юнгианец Зигмунд Гурвиц олицетворяет две стороны сущности Лилит посредством богинь Ламашту и Иштар, известных со времен вавилонской письменности.

Ламашту объединяет с Лилит то, что и та и другая «посягают на беременных, уже испытывающих схватки женщин». Ламашту-аспект в Лилит символизирует похищающую и убивающую детей дьяволицу и страшную, пожирающую мать. Иштар-аспектом подчеркивается ее роль соблазнительницы, богини чувственной любви и наслаждения – недаром Иштар является богиней защиты храмовых жриц. В странах Востока она почитается как небесная богиня. Как защитница жриц и соблазнительница Иштар лучше всего освещена в эпосе о Гильгамеше. В комплексе Лилит оба этих аспекта остаются неосознаваемыми. Для мужчины это, вероятно, существенная причина амбивалентности страха и очарования по отношению к женщинам. Так, он может быть очарован Иштар-аспектом в женщине «Лилит», но если он при этом скован страхом, его Эрос и чувство остаются разобщенными.

Если мужчина хочет интегрировать Лилит, он должен научиться и поддаваться искусству соблазнения женщины, и противостоять ему. Он должен развивать в себе обе эти способности и нести ответственность за то, как он отвечает на соблазнительные предложения. Аналогично можно относиться и к стремлению женщины доминировать и властвовать. Мужчина может научиться наслаждаться тем, что им управляют, или же предъявить претензию на собственные права. Однако из страха перед «пожирающей матерью» он может навсегда остаться в состоянии боевой готовности и, таким образом, никогда не сможет радостно пережить расслабляющую потерю контроля.

Женщина будет отрицать в себе аспект Ламашту и считать себя любящей и защищающей детей матерью. Но в ее бессознательном злая, враждебно относящаяся к детям пожирающая сторона будет действовать неизвестным ей самой способом. Эти темные силы ведут к тому, что она всячески будет препятствовать развитию своих детей и, прежде всего, уничтожит их самостоятельность и живость.

Ундина пришла в терапию из-за панических атак, тахикардии, расстройств сна и болезненных судорог. Она чувствовала себя как в клетке. Раздражение и беспокойство держали ее в постоянном напряжении. Но внешне она всегда казалась спокойной и сдержанной, по ней никогда не было заметно, какие душевные муки она переживала. К ней тянулись, потому что каждый мог обратиться к ней за советом или помощью, – только для себя она ничего не могла попросить у других. Она не хотела никого обременять, чувствуя, что может слишком многого потребовать, и считала себя недостойной любви, особенных знаков внимания и симпатии. Важным и в итоге целебным моментом ее терапевтической работы было осознание внушенной матерью мысли, что она должна быть просто милой и славной, почти незаметной, не обременяющей и не мешающей. Соответствие ожиданиям матери явным образом было связано с правом на существование: «Если ты будешь шумной и дерзкой, то ты для меня умрешь!» Когда однажды в возрасте пяти лет она на один день раньше вернулась домой от бабушки и дедушки, так как очень скучала, мама отреагировала: «Сегодня ты для меня не существуешь!».

Слезы, крик, смех и неистовство – все отчетливые проявления живости характера – были для Ундины угрозой отвержения. Комплекс Лилит матери она похоронила в своем «теле». В ней бушевала жизнь, которая не смела проявиться и освободиться. Неудивительно, что сердце начинало учащенно биться, давление повышалось, а чувство паники подавало сигнал об угрозе для жизни, как только ей не удавалось сдержать в себе проявления живости.

Ундина должна была найти способ выражения для своих вытесненных потребностей: ярости, боли, радости и удовольствия. За каждый шаг освобождения своей живости она платила отчаянным страхом, упреками, сомнениями и чувством вины. Наконец, она осознала трагичную неудовлетворенность своей матери, для которой она не имела права быть обузой и которой она даже была вынуждена оказывать поддержку посредством своего необременяющего очарования. Мать питалась ее энергией. Комплекс Лилит сделал ее матерью-вампиром.

Бессознательно идентифицируясь с аспектом Иштар в Лилит, женщина развивает в себе силу соблазнения, которая придает всем отношениям оттенок эротики и сексуальности и которая позволяет беспорядочно спать со многими мужчинами только для того, чтобы их очаровать и затем бросить. Будучи проституткой от природы, свою чувственность и страсть к наслаждениям она использует для заключения сделок.

Женщина, которая подавляет и отрицает враждебность по отношению к детям, стремление к власти и обольстительность, неизбежно способствует «материнским нарушениям» у своих детей.

Мужчина, который не хочет оставить свою поглощающую мать и не осмеливается решать свою проблему с Анимой, будет подавлять свои чувства, впутается в борьбу за власть и не сможет насладиться полнотой удовольствий и лишенной страха зрелостью. Страх перед отнимающей жизненную силу матерью, соединившись со страхом перед властью и привлекательностью женщины, может сделать его импотентом. Он остается неуверенным, избегает ответственности, предает своих детей, которых оставляет на мать, и трансформирует свои слабости и обиду в ненависть и насилие. Всем нам знакомы почти гротескные ситуации, когда мужчины-грубияны, а то и извращенцы, наедине со своими женщинами становятся «ягнятами». Темные стороны немецкой истории также связаны с проявлением этого феномена.

Конец третьего ознакомительного фрагмента...

#Когито, #Лилит, #Юнг, #архетип, #мифология, #психотерапия, #психология

http://cogito-shop.com/index.php?e=cog&m=catalog&code=22336

25 числа мы получили тираж книги Жака Андре "Инцесты". Наш менеджер уже начал обзванивать тех, кто оформил предзаказ, и отправил первые партии книг.

Те, кто оформил и оплатил заказ самовывозом, сегодня получат СМС-рассылку.

Книга достанется везунчикам со скидкой 20% 😉

Сейчас "Инцесты" доступны для всех в нашем интернет-магазине.

Ж. Андре Инцесты. В интернет-магазине Психологческая книга


Обратите внимание! Забрать заказы, оформленные самовывозом можно в кабинете 103 (библиотека). По техническим причинам торговый зал не работает.

Сегодня стартует предпродажа книги Ж. Андре "Инцесты" под редакцией Ларисы Фусу.

Книга выйдет в свет 25 февраля. Розничная цена - 470 руб. Для Вас и Ваших друзей по предзаказу стоимость книги составит всего 380 руб. Первыми свой экземпляр получат те, кто оформил предзаказ.


У нас есть почти полностью готовый текст, которым мы будем делиться с вами в этой группе. Предварительная дата выхода книги в свет - декабрь 2016 - январь 2017.

Итак, “Формы инцеста”.

Содержание:


Введение: Ложе Иокасты
Жак Андре

Отношение мать-дитя, несомненно инцестуозное
Андре Грин

Проблематика инцестуозных репрезентаций в клинике женской филиации
Моник Бидловски

Является ли инцест психоаналитическим понятием?
Натали Зальцман

Формы инцеста. История и предистория
Моник Курню-Жанэн

Инцест и вещества. Эдип, Аллен, другие и мы
Франсуаз Эритье

Убийство новорожденнего. Размышления о детоубийстве
Анни Биро

Введение


В книгу включены доклады, которые были сделаны в рамках моего семинара (Сент-Анн, 1998—1999). В соответствии с предложениями участников, тексты докладов были отредактированы и в какой-то степени переработаны.
Жак Андре

Формы инцеста Фусу Л. И.

Ложе Иокасты


Иокаста говорит Эдипу: «Не бойся хименоса матери: многие смертные в своих снах уже не раз делили постель со своей матерью. Кто меньше других придает значение таким вещам, тот легче всего проживает свою жизнь».


Об этом говорят на всех языках и на все лады, включая и китайскую народность На, живущую на границе с Гималаями: «не совокупляются с теми, с которыми едят из одной чаши и из одной тарелки» — нередко правила приема пищи являются одновременно и правилами поведения в постели, и наоборот. Почему нам следует знать традиции народности На? Потому что те, кто следуют их правилам, считаются с ограничениями на брак, не позволяют ни женщинам, ни мужчинам беспорядочно наносить тайные визиты, демонстрируют такую же непримиримость к инцесту, как и самые цивилизованные общества.

Универсальный, как и все явления природы, человеческий запрет на инцест является «основополагающим, означающим завершение перехода от Природы к Культуре». Эти известные слова Леви-Стросса, высказанные им в своем труде «Элементарные структуры родства» (1949), оставили глубокий след, хотя их торжественность со временем немного поубавилась, прежде всего потому, что противопоставление Природа/Культура частично утратило свою важность. Природа уже не является той первичной средой, откуда будто бы появились люди; вероятно, понятие «природа» в неолите само по себе уже было понятием культурным. И даже в тех случаях, когда это понятие претендует на постижение другой реальности, кроме человеческой, репрезентациям, из которых оно состоит, никогда не удается отделиться от порождающего их восприятия. Когда речь идет об инцесте, картина животного («естественного, натурального») беспорядочного совокупления, которую Леви-Стросс противопоставляет человеческому устройству, сегодня не кажется нам сильно отличной от того, что изображают ранние мифы былых обществ, хорошо исследованных антропологией, в которых инцестуозное кровосмешение является правилом.

Сообщества обезьян, писал он, не придерживаются никакой «нормы», а их сексуальность сводится лишь к «связям, оставленным на произвол случайности».

После полувека этологических исследований животные уже не воспринимаются нами такими, как когда-то: не только обезьяны, но и остальные млекопитающие, даже гуси, во всяком случае, гуси Лоренца. Рай животной любви, свободной от любого принуждения, был заменен на почти противоположную репрезентацию: систематически отвергаемый «инцест», его запрограммированное избегание, где трудно отличить генетическое от импринтинга. Любопытно, что разрыв между людьми и животными сохраняется, но, тем не менее, смещается. Картина беспорядочного спаривания животных изменилась от «везде и всегда» к «никогда и нигде»; иногда все же встречается животное, которое отходит от видоспецифического поведения, но в мире животных это не является преступлением. И, наоборот, в человеческих обществах инцест везде запрещен и в то же время постоянно и везде совершается в том или ином виде. Пропасть между человеком и животным сохранилась, изменился лишь ее вид.

То, что Леви-Стросс сформулировал в области антропологии, Лакан внес в область психоанализа: «Наиважнейшим является закон, регулирующий связи, накладывающий правила культуры на законы натуры/природы и распространяющийся в том числе и на правила совокупления». Можно с уверенностью сказать, что изучение воздействия этого закона на теорию и практику психоанализа еще не закончилось, потому что оно, вопреки фрейдовской идее, указывает на несоответствие бессознательного, которым оперирует антрополог, с тем бессознательным, с которым сталкивается психоанализ: «Не странно ли,— пишет Лакан, — что некий Леви-Стросс полностью захватывает территорию, на которой, согласно Фрейду, царствует бессознательное, настаивая, что структура языка и часть социальных законов регулируют связи и филлиацию?» Не возвращаясь к недавним дискуссиям, в контексте проблематики инцеста достаточно лишь указать на продолжающиеся попытки подчинить аналитическую точку зрения взглядам социальной антропологии.

Либо мы трактуем инцест в терминах закона, следуя его определению в словаре Литтрe: «незаконное соединение родственных или породненных лиц в выходящей за рамки закона степени», либо, согласно Роберу, в терминах телесного контакта: «сексуальные отношения между мужчиной и женщиной, являющихся родственниками или породненных в степени, запрещающей брак».

В каждой из этих двух ситуаций речь идет о взрослых, для которых «сексуальный» означает «генитальный» и которых объединяет нарушение запрета.

Для антропологической точки зрения центрация на взрослых не является недостатком, скорее это необходимость, продиктованная самой природой предмета исследования: связей и отношений. Сложность возникает лишь когда психоаналитик думает, что он без всякого вреда может ввести символический план, регулирующий обмен (слов, женщин, благ), в лоно своих компетенций, где «сексуальное» диссоциируется от «взрослого» и «генитального» и даже от запрета. Нет никакого сомнения, что препятствия и всякого рода цензура, способствующие процессу вытеснения, принимают участие в формировании бессознательного. Означает ли, что это его основной источник? Или же следует признать, что бессознательное формируется безграничной инфантильной сексуальностью, усилиями, которые прилагаются для ее психической проработки, экономической необходимостью психического аппарата расщеплять и благодаря этому как бы удерживать в стороне эксцесс ярости и насильственности фантазмов, а также, признать, что бессознательное формируется также и под угрозой распада, исходящей от воображаемого? Психозы редко возникают из-за запрета (или из-за его нарушения), чаще наоборот, из-за его отсутствия, достаточно вспомнить психиатрические случаи, упомянутые Андре Грином.

При рассуждениях об инцесте одна из основных трудностей для теории психоанализа состоит, безусловно, в навязанной антропологией ассоциации инцеста с запретом на него: будто бы связь является инцестуозной только из-за запрета, с которым она сталкивается.

Пока мы рассуждаем, отталкиваясь от эдиповых желаний и преград, с которыми они сталкиваются, все, казалось бы, просто, но это, скорее, иллюзия. Но как только мы выходим за эти рамки, следует ли говорить, как Лакан, что мы направляемся к «немыслимому»? Если же мы захотим исследовать, услышать и увидеть это «немыслимое», тогда мы сможем понять его как что-то составляющее суть психоанализа, его теории и практики, а не его отвергнутую часть.
«Психический инцест игнорирует запрет», пишет Ж.-Б. Понталис. Эта формулировка, которая, в частности, касается семантического смещения понятия инцеста, указывает на невозможность смягчения, камуфляжа сложности. Имеет ли в психоанализе понятие «инцест» только лишь метафорическое значение? Прежде чем процитировать отрывок из «Федры» Расина, полезно обратиться к словарю Робера, в котором автор, дав определение инцеста, позже добавил: «преувеличенная, инцестуозная любовь». Мы можем согласиться, что это «преувеличение» обозначает вход в психоаналитическую область. Человек, или, точнее, инфантильная сексуальность преувеличивает сексуальность!

Сотрудничество, даже, можно сказать, соучастие Лакана и Леви-Стросса в становлении структурализма привело к тому, что по крайней мере во Франции в психоанализе стали делать упор на взаимосвязи между инцестом, запретом на него и символическим планом. Но для Фрейда и для нас, его последователей, такой подход связывается не столько с самим комплексом Эдипа, сколько с его «катастрофой» в том смысле, о котором пишет Расином во введении к своей пьесе «Феваида», где он трактует разрешение основного конфликта трагедии. Установление символического регистра и его правил, даже если он в прямом и переносном смысле подчиняется развитию ребенка в период перехода из дошкольного возраста в школьный, закрывает главу инфантильной сексуальности. А точнее, инфантильная сексуальность модифицируется, что приводит к ее различным искаженным проявлениям — от отдельных симптомов к появлению творческой продукции, проходя при этом через полную дестабилизацию сексуальности, а именно, ее конечных инстинктивных целей. Другими словами, психоаналитический подход к проблематике инцеста, опирающийся на примат символического плана, в конечном итоге отсылает к зоне второстепенного, к тому, что является сутью инфантильной сексуальности, а именно, к силе воображаемого (его психической насильственности), к созданию фантазма (который становится «инцестуозным» из-за запрета, пытающегося его ограничить), а также к тревоге и удовольствию, которыми он питается.

Подход к вопросу об инцесте через воображаемое открывает широкий диалог между психоанализом и антропологией, особенно когда антропология пытается вновь внести ясность там, где доминировал лишь формализм структуры. Изменение этой точки зрения, предложенное Франсуазой Эритье, наполнено страстью, потому что она вновь помещает в центр проблематики инцеста фантазматику тела и его субстанций, а также потому, что она находит вновь тревожащую странность, предлагая неожиданную пару мать–дочь, чисто женскую и гомосексуальную пару, которую она назвала «инцестом второго типа», обозначив новую парадигму инцеста.
Так же как перенос является повторением чего-то никогда не существовавшего, так и миф рассказывает о том, что никогда не происходило. В царствах, о которых говорит Монтень, «где прекрасно можно зачать детей с матерью, а отцам совокупляться с дочерями и сыновьями», жители вели такой же образ жизни, как и обезьяны Леви-Стросса: фантазматический. Запрет на инцест мешает реализации генерализованного промискуитета, его «реальность» остается лишь его психической реальностью. Никоим образом не приуменьшая проблематику инцеста, свобода воображаемого лишь означает отсутствие его меры. Степени преступления, а также меры наказания. Не только для «Федры» «инцест» (кровосмешение) рифмуется с «funestе» (роковой). Во все времена происшествия в Космосе, катастрофы (особенно они) в первую очередь находили объяснение в in cestus : засуха, наводнения, голод, смерть домашних животных, болезни, рождение чудовищных или дегенеративных детей (монстры, уроды)… Таковы лишь некоторые из возможных тяжелых последствий инцеста, отмеченные или предсказанные мифом или фантазмом. По крайней мере, пока не начнет расти щетина на лице, стирая расстояние между человеком и животным. Так народность На сформулировала свои верования.

Конец первого ознакомительного отрывка. Следите за обновлениями
По этой ссылке книга "Формы инцеста" Фусу Л. И. будет доступна, когда появится в продаже.
Дорогие друзья, поздравляем вас с наступающим Новым годом!

Чтобы предвкушение праздника было приятным, а подарки себе и коллегам можно было делать легко и незатратно, мы придумали специальную акцию.

Головокружительные скидки на определённые книги то и дело будут появляться на главной странице сайта. В самом верхнем разделе на главной странице – "Акция". Предусмотрены скидки по 40%, 50%, 60% и 70%! Списки с книгами меняются автоматически: возможно, раз в 4 часа, может быть, раз в несколько суток. Когда скидка 50 процентов сменится скидкой 70 процентов или наоборот?

Новогодние скидки Когито

– Сложно сказать. Лучший способ быть в курсе - заходить к нам на сайт и отслеживать изменения. Даже если Вы не успели купить нужную книгу по акции, через какое-то время, она может вновь появиться на скидочной полке.

Приятных вам покупок и с наступающим Новым годом ещё раз!

Условия акции:

  • В акции участвуют только товары из интернет-магазина.

  • Скидки интернет-магазина не распространяются на товар в торговом зале.

  • Принять участие в акции могут только физические лица.

  • Заказы, сформированные в период действия акции, рассчитываются со скидкой, даже если доставка будет осуществлена через несколько дней.

  • В акции участвуют списки книг с фиксированными скидками. Например, если определенная книга есть в списке "-40%", то скидка на неё будет только -40%.


Profile

cogitocentre
Когито-Центр
Cogito-Centre.Com

Latest Month

Май 2017
Вс Пн Вт Ср Чт Пт Сб
 123456
78910111213
14151617181920
21222324252627
28293031   

Метки

Syndicate

RSS Atom
Разработано LiveJournal.com
Designed by Tiffany Chow